Лермонтовская энциклопедия

Античные литературы

Античные литературы
Античные литературы
АНТ́́ИЧНЫЕ ЛИТЕРАТ́́УРЫ, литературы Др. Греции и Рима. Еще в Киевской Руси были известны произв. древних авторов; в древнерус. рукописях встречаются переводы речей Демосфена (14 в.). В 18 в. Академия наук выпустила ряд хороших переводов античных авторов. После восстания декабристов пр-во усмотрело в изучении антич. истории и чтении соч. нек-рых древних авторов опасность зарождения республиканских идей, и реформа образования 1828 («уваровский устав»), отводя изучению древних языков значит. время, осн. внимание уделила лингвистич. аспектам классич. образования. С др. стороны, утверждение романтизма в рус. лит-ре влекло за собой уменьшение интереса к классич. традициям, идущим от А. л. Первые сведения о греч. и рим. писателях Л. получил от домашних гувернеров. В Пансионе древние языки преподавали А.М.Кубарев, Д.Н.Дубенский и А.З.Зиновьев, впоследствии вспоминавший: «Лермонтов знал порядочно латинский язык...Происходило это от того, что у нас изучали не язык, а авторов» (Висковатый, с. 39). В Моск. ун-те в 1831—32 Л. должен был совершенствоваться в греч. яз. у проф. В.И.Оболенского, но пропустил 35 занятий и не был аттестован. Л. хорошо знал «Георгики» Вергилия в пер. С.Е.Раича и книгу А.Ф.Мерзлякова «Подражания и переводы из греческих и латинских стихотворцев» (ч. 1—2, М., 1825—26). Урокам Мерзлякова и занятиям в лит. кружке Раича обязан Л. своими первыми поэтич. опытами 1828—29 «в древнем роде», где звучат анакреонтич. мотивы («Заблуждение Купидона»), горацианские призывы не стремиться «к славе громкой» («К друзьям»), воспеваются скромные радости в кругу друзей, «в объятьях мира, муз и граций» («Пир»). Эти стихи продолжают традиции рус. антологич. поэзии К.Н.Батюшкова и А.С.Пушкина, что выражается в общей тематике (ср. «К друзьям» и «Веселый пир» Пушкина) и текстуальных совпадениях отд. выражений [напр., строка «Под сень черемух и акаций» в стих. Л. «Пир» и в «Евгении Онегине» (гл. VI, строфа VII); выражения «алтарь и муз и граций», «черемухи млечной» в «Цевнице» Л. и в «Беседке муз» Батюшкова). Горацианские мотивы проникают и в юношескую поэму Л. «Джюлио». Наряду с русской Л. использовал также опыт франц. антологич. поэзии, в частности А. Шенье. Символика мифологич. имен, распространенная в поэзии Пушкина и его современников, у Л. встречается редко, гл. обр. в ранних стихах (напр., «Портреты», «В день рождения» и др.). Антич. реминисценции встречаются в прозаич. произв. Л. (напр., в «Герое нашего времени» упоминаются Цицерон, Архимед, Александр Македонский, Нерон, Юлий Цезарь, в «Княгине Лиговской» — «пытка Тантала», Ахилл и Гектор и др.). Первое произв. Л. на антич. тему «Геркулес и Прометей» не сохранилось (см. письмо к М.А.Шан-Гирей от декабря 1828; VI, 404). Судя по заглавию, Л. отбросил миф о примирении Прометея с Зевсом и прославлял Геракла — освободителя Прометея, продолжая в трактовке этого сюжета бунтарские, тираноборч. традиции И.В.Гёте, Дж. Байрона и П. Шелли. В 1831 Л., опираясь на Плутарха, составил план трагедии «Марий» (VI, 375—76). Затем он задумал трагедию «Нерон» (VI, 379), материалом для к-рой должны были, видимо, послужить «Анналы» Тацита, наряду с Плутархом пользовавшегося особой популярностью в кругу декабристов («бичом тиранов» назвал его Пушкин). Однако для осуществления своих замыслов 16-летнему поэту не хватало историч. познаний, литературного и жизненного опыта. Первым рим. поэтом, к-рым заинтересовался Л., был Овидий. В 1827 он делал выписки из его «Метаморфоз» во франц. пер. Сент-Анжа («Эхо и Нарцисс», «Борей и Орития»). В ту же тетрадь он переписал стих. Ж. Лагарпа «Геро и Леандр», осн. на антич. мифе. Записи прерваны: «Я не окончил, потому что не мог» (VI, 389). Стремление создать картины из истории Рима проявилось и в незавершенном отрывке «Это случилось в последние годы могучего Рима». С А. л. косвенно связан вольный перевод «Из Гёте», поскольку стих. Гёте восходит к фрагменту из греч. поэта Алкмана (7 в. до н. э.). Сравнительно редко обращаясь к антич. тематике, Л. развивал ее в двух направлениях: в ранних стихах следовал традициям рус. антологич. поэзии, позднее использовал антич. наследие в русле сатир М.В.Милонова, Пушкина, Рылеева — таково его лучшее произв. на антич. тему «Умирающий гладиатор» (1836).
Лит.: Шувалов (1), с. 310; Краков, с. 1—26; Жижина (4), 22—25; Вацуро (1), с. 46—56; Толстой И. И., Фрагмент Алкмана «Спят вершины гор», «Уч. зап. ЛГПИ им. Герцена», 1938, т. 15, с. 47—56.

Лермонтовская энциклопедия / АН СССР. Ин-т рус. лит. (Пушкин. Дом); Науч.-ред. совет изд-ва "Сов. Энцикл."; Гл. ред. Мануйлов В. А., Редкол.: Андроников И. Л., Базанов В. Г., Бушмин А. С., Вацуро В. Э., Жданов В. В., Храпченко М. Б. — М.: Сов. Энцикл., 1981