Литературная энциклопедия

Аксаковы

Аксаковы

1. Сергей Тимофеевич (1791-1859) - известный писатель. Детство свое провел в привольных условиях патриархального барского житья в Оренбургской и Уфимской губ. В 30-х годах был в Москве сначала цензором - и очень взыскательным, - а потом инспектором и директором Межевого училища. Выйдя в отставку, продолжал жить в Москве, где его радушный и хлебосольный дом был притягательным центром для московской интеллигенции. Писать и печататься начал рано, но почти вся его литературная деятельность вплоть до конца 40-х гг. была совершенно ничтожной по своему значению. Человек с консервативным складом натуры, А. еще в юности, когда разгорелся спор между сторонниками карамзинской литературной реформы и поклонниками Шишкова, стал на сторону литературных староверов и писал в духе изжившего себя классицизма. Переводил сатиры Буало и комедии Мольера, печатал в журналах неуклюжие стихотворения и незначительные театральные и литературные статейки. Все это целиком связано с литературными вкусами XVIII в. и стоит совершенно вне того литературного оживления, к-рое было вызвано тогда в русской литературе теоретическими спорами о романтизме и попытками творчества в романтическом роде. Ранняя литературная продукция А. не стоит ни в какой связи с его последующей литературной работой. Только в небольшом произведении описательного характера «Буран» (1834) А. показал свою способность к реалистическому письму. Лишь в конце 40-х гг. начали выходить одно за другим те произведения А., на к-рых основано его большое литературное имя. Это были описания различного рода охот: «Записки об уженьи рыбы» (1847), «Записки ружейного охотника Оренбургской губернии» (1852) и «Рассказы и воспоминания охотника» (1855). Из них наиболее важна вторая книга. Первоначально А. имел в виду охотников, к-рым он давал разные практические советы, но затем книги его заинтересовали гораздо более широкие круги читателей. По типу своему охотничьи произведения А. не являются чем-нибудь совершенно новым, а примыкают к определенной литературной традиции, завершая длинный ряд переводных и оригинальных сочинений о звероловстве и рыболовстве, идущий еще от XVII в. (напр. «Книга для охотников» В. Левшина, «Егерская охота» Венцеславского, «Егерские записки» Патфайндера). Но книги А. несравненно выше всего предшествовавшего в этом роде по своему художественному значению, по необыкновенной наблюдательности автора в области явлений живой и мертвой природы. Ободренный большим успехом своих первых опытов в новом роде, А. перешел к изображению помещичьего быта. В 1852 вышла его «Семейная хроника», в 1858 - «Детские годы Багрова-внука», продолжением к-рых являются «Воспоминания о Казанской гимназии» и «Литературные и театральные воспоминания». На первом месте среди всего написанного Аксаковым следует поставить «Семейную хронику», в которой наиболее ярко выразились особенности его дарования. Он рассказывает здесь о жизни двух поколений своих предков, помещиков восточной окраины. Те факты, к-рые А. неоднократно слыхал в семейных рассказах и великолепно запомнил на всю жизнь благодаря своей исключительной памяти, он дополнил и расцветил своим воображением. Получилось своеобразное произведение, стоящее на грани между мемуарами и романом; ближе всего по типу «Семейная хроника» подходит к «Былому и думам» Герцена. Рассказ А. о быте помещиков XVIII в. является очень ценным историческим памятником, ценным не только по рассказываемым фактам, но и по самому их восприятию рассказчиком. А. - носитель цельного, органически законченного классового миросозерцания. На мир он смотрит глазами обеспеченного помещика крепостной эпохи. У него нельзя найти никаких сомнений в законности того общественного строя, к-рый ему самому доставлял привольные условия существования: А. совершенно чужда какая бы то ни была форма «дворянского покаяния». О помещиках и крестьянах А. повествует так же эпически спокойно, как и о птицах, рыбах и зверях. Сам лично человек добрый, неповинный ни в каких жестокостях, А. однако совершенно невозмутимо рассказывает о безобразиях и насилиях патриархального усадебного быта, с к-рым он так неразделимо сросся. О своих Багровых и Куралесовых, деспотах и самодурах, он не забывает добавить, что они были хорошими хозяевами и что крестьяне долго сохраняли благодарную память о них. Однако при всем благодушии восприятия старого быта, А. не замалчивает и не утаивает его темных сторон, так что напр. Добролюбову его книги дали богатый арсенал оружия против крепостнического строя в его целом. Того нового, что несли с собою развивающиеся капиталистические отношения, А. органически не принимал и все свои симпатии отдавал осужденным историей общественным отношениям. Продолжением «Семейной хроники» являются «Детские годы Багрова-внука» - интересное детальное свидетельство о том, как развивалась психика ребенка в условиях цельного патриархально-крепостнического строя. В полной гармонии с содержанием книг А. находится его стиль - этот бесхитростный, спокойный и ясный повествовательный стиль, так подходящий к ровному и неторопливому течению помещичьей жизни при докапиталистических отношениях. В литературе многократно давалось объяснение, что удивительный переход литературного старовера А. к художественному реализму его последних произведений произошел под прямым личным и литературным влиянием Гоголя, с к-рым А. был очень близок. Объяснение это неприемлемо, если не удовлетвориться совершенно общим понятием «реализм». Литературный стиль А. не имеет ничего общего с литературной манерой Гоголя, очень многое взявшего из романтической вычурности и изощренности. Дело тут в том, что новая литературная атмосфера, в к-рой оказался А., благодаря связям своего сына Константина, помогла ему сбросить сковывавшие его до тех пор требования и навыки обветшавшей литературной школы и проявить на склоне лет те способности писателя-реалиста, к-рые были ему присущи, но до тех пор подавлялись. Особо заслуживает быть отмеченным яз. А., о к-ром один его современник выразился, что сочинения А. как будто написаны человеком, никогда не читавшим книг. Действительно, яз. этого поклонника Шишкова почти совершенно свободен от архаизмов и устарел гораздо меньше, чем яз. писателей, выступавших позже А.

2. Константин Сергеевич (1817-1860) - сын С. Т. Аксакова. Один из основоположников славянофильства. Выступал между прочим и как автор критических статей (важнейшая из них «Обозрения современной литературы» в «Русской беседе», 1857, I). А. бичевал в своих критических статьях интеллигенцию - за оторванность от народа и литературу - за подражательность. Он совершенно отвергал «чистую поэзию» и предъявлял к литературе утилитарные требования, отыскивая в поэтических произведениях прежде всего их общественную тенденцию. В этом отношении он сходится с несколько позднейшей публицистической критикой разночинцев-шестидесятников. Собственные художественные произведения А., стихотворения и драматические вещи («Освобождение Москвы в 1612», «Князь Луповицкий» и др.), холодно-дидактичны и лишены поэтической выразительности.

3. Иван Сергеевич (1823-1886) - сын С. Т. Аксакова. Известный публицист, лидер славянофильства 60-70-х гг., славянофильский поэт. Стихотворения писал от половины 40-х гг. до начала 60-х., тогда замолчал, и только уже в конце 70-х гг. на очень короткое время вернулся к поэтической деятельности. Все стихотворения А. без исключения относятся к гражданской поэзии. Он сам так определил себя: «...Из хора всех доступных муз я с музой доброй, строгой, гневной вступил в воинственный союз». С сильной примесью риторики он излагал в стихах идеи славянофильского учения и свои гражданские переживания. Не лишена интереса неоконченная поэма А. из крестьянской жизни «Бродяга» (1852); некоторые части поэмы написаны тем своеобразным размером, к-рый позже применил Некрасов в «Кому на Руси жить хорошо».

Библиография:

I. А. И. С., Сборник стихотворений, М., 1886; Полн. собр. сочин., 7 тт., изд. II., СПБ. - М., 1886-1903; А. К. С., Сочинения, т. I, П., 1915 (Ред. Е. Ляцкого); А. С. Т., Собр. сочин., под ред. А. Горнфельда, 6 тт., СПБ., 1909; Собр. сочин., 6 т., М., 1911.

II. Венгеров С., Передовой боец славянофильства в его книге «Очерки по истории русской литературы», СПБ., 1907 или в «Сочинениях», т. I, СПБ., 1912); Анненков П. С., А. и его «Семейная хроника». «Воспоминания и критические очерки», т. II, СПБ., 1877; Протопопов М., Ст. в кн. «Литературно-критические характеристики», СПБ., 1898; Милюков П., С. Т. А., «Из истории русской интеллигенции», СПБ., 1920; Шенрок В., С. Т. А. и его семья, журн. МНП, 1904, №№ 10-12; Шенрок В., А., Там же, 1905, №№ 8-10; Айхенвальд Ю., Силуэты русских писателей, вып. I, М., 1906; Горнфельд А., С. А., «Русское богатство», 1909, № 4; (или в его книге «О русских писателях», СПБ., 1912); Миллер О., Русские писатели после Гоголя, т. III, СПБ., 1909; Добролюбов Н., Жизнь помещика в старые годы, Сочин., т. I, СПБ., 1911; Покровский В., С. А., «Сборник ист.-литературных статей», М., 1911; Покровский К., Записки об уженьи рыбы и записки ружейного охотника, М., 1911; Словарь литературных типов А., ред. Н. Носкова, СПБ., 1914; Венгеров С. А., Критико-биографический словарь, т. I, СПБ., 1915.


См. также `Аксаковы` в других словарях
Аксаковы - в старину Оксаковы - происходят, судя по родословным книгам, от знатного варяга Шимона (во св. крещении Симона) Африкановича или Офриковича, - племянника короля Норвежского Гакона (или Якуна) Слепого, прибывшего в Киев в 1027 году с 3 тысячами дружины и соорудившего в Киево-Печерской лавре, на свои средства, церковь Успения Божией матери, где он и погребен. Сын его, Юрий Симонович, был боярином при в. к. Всеволоде Ярославиче . У правнука Юрия Симоновича, Протасья Федоровича, был сын Вениамин. У Вениамина - Василий (прозвище Взолмень), московский тысяцкий. У Василия - сыновья: Юрий (Грунка), Феодор (Воронец) и другие. У Юрия Васильевича был сын Андрей-Феодор (Колома), у которого - 4 сына: Вениамин, Феодор (Пьяница), Александр (Телец) и Даниил (Соловец). У Вениамина Андреевича или Феодоровича было 2 сына: Феодор и Алексей (Великий) Вениаминовичи. У первого, Феодора, был сын Иван, прозв. Оксак, от которого "и повелися" Оксаковы (в старину), а ныне Аксаковы. Члены этой фамилии в...
Аксаковы
(в старину Оксаковы) — происходят, судя по родословным книгам, от знатного варяга Шимона (во св. крещении Симона) Африкановича или Офриковича — племянника короля норвежского Гакона (или Якуна) Слепого, прибывшего в Киев в 1027 г. с 3 т. дружины и соорудившего в Киево-Печерской лавре на свои средства церковь Успения Божией матери, где он и погребен. Сын его, Юрий Симонович, был боярином при в. к. Всеволоде Ярославиче. У правнука Юрия Симоновича, Протасья Федоровича, был сын Вениамин. У Вениамина — Василий (прозв. Взолмень), московский тысяцкий. У Василия — сыновья: Юрий (Грунка), Феодор (Воронец) и другие. У Юрья Васильевича был сын Андрей-Феодор (Колома), у которого — 4 сына: Вениамин, Феодор (Пьяница), Алек...
Аксаковы - в старину Оксаковы - происходят, судя по родословным книгам, от знатного варяга Шимона (во св. крещении Симона) Африкановича или Офриковича, - племянника короля Норвежского Гакона (или Якуна) Слепого, прибывшего в Киев в 1027 году с 3 тысячами дружины и соорудившего в Киево-Печерской лавре, на свои средства, церковь Успения Божией матери, где он и погребен. Сын его, Юрий Симонович, был боярином при в. к. Всеволоде Ярославиче . У правнука Юрия Симоновича, Протасья Федоровича, был сын Вениамин. У Вениамина - Василий (прозвище Взолмень), московский тысяцкий. У Василия - сыновья: Юрий (Грунка), Феодор (Воронец) и другие. У Юрия Васильевича был сын Андрей-Феодор (Колома), у которого - 4 сына: Вениамин, Феодор (Пьяница), Александр (Телец) и Даниил (Соловец). У Вениамина Андреевича или Феодоровича было 2 сына: Феодор и Алексей (Великий) Вениаминовичи. У первого, Феодора, был сын Иван, прозв. Оксак, от которого "и повелися" Оксаковы (в старину), а ныне Аксаковы. Члены этой фамилии в...
Аксаковы

(в старину Оксаковы) — происходят, судя по родословным книгам, от знатного варяга Шимона (во св. крещении Симона) Африкановича или Офриковича — племянника короля норвежского Гакона (или Якуна) Слепого, прибывшего в Киев в 1027 г. с 3 тыс. дружины и соорудившего в Киево-Печерской лавре на свои средства церковь Успения Божией матери, где он и погребен. Сын его, Юрий Симонович, был боярином при великом князе Всеволоде Ярославиче. У правнука Юрия Симоновича, Протасья Федоровича, был сын Вениамин. У Вениамина — Василий (прозв. Взолмень), московский тысяцкий. У Василия — сыновья: Юрий (Грунка), Феодор (Воронец) и другие. У Юрья Васильевича был сын Андрей-Феодор (Колома), у которого — 4 сына: Вениамин, Феодор (Пьяница), Але...