Античная философия

Антисфен Афинский

Антисфен Афинский
АНТИСФЕН Афинский
АНТИСФЕН (Ἀντισθένης) Афинский (ок. 455 - ок. 360 до н. э.), др.-греч. философ, учился у Горгия из Леонтин, был близок Продику и Гиппию, затем увлекся учением Сократа и, несмотря на возраст (старше Ксенофонта, Платона и Исократа), стал преданнейшим из его учеников (Xen. Symp. 8,4-6; Mem. Ill 11, 17). После смерти Сократа А. открыл свою школу в Киносарге («Быстрый / зоркий? Пес») - гимнасии для неполноправных граждан (по преданию, сам А. - сын рабыни, D. L. VI 1, 1). К названию гимнасия возводят название основанной А. школы киников (VI 1, 13).
А. - плодовитый писатель. Известны названия более 70 философских и риторических сочинений Антисфена (в основном это сократические диалоги, трактаты и речи), из которых сохранились две декламации — «Аякс» и «Одиссей». В ситуации спора за оружие мифических героев противопоставлены не «сильная» и «слабая» речь, как у софистов, но верная позиция мудреца и ложная позиция глупца. Судя по некоторым фрагментам, А. аллегорически комментировал Гомера и был первым комментатором Софокла.
Философия А. не только включает элементы различных учений, сложившихся к его времени, но и предвосхищает многие мотивы позднейших философских систем, вследствие чего уже античная традиция об А. крайне разноречива: гипертрофируя отдельные стороны его учения, она изображает А. предшественником кинизма, стоицизма, скептицизма и др. направлений. У сократика Ксенофонта А. выглядит верным учеником Сократа, у Платона, считавшего сократиком себя и враждовавшего с Α., - софистом, опровергаемым и высмеиваемым Сократом; у Афинея, знакомого с ки-низмом, А. - «пес» (V, 216b), y Аристотеля, интересовавшегося не этикой, а диалектическими парадоксами, последователи А. - не киники, но «анти-сфеники» (Met. 1043b23); поэтому и стоик Зенон мог возводить себя к А. (ср.: D. L. VI 1, 15; VI 9, 1), а скептики - видеть в воздерживающемся от суждений А. своего предшественника.
При всей скудости и недостоверности источников, можно попытаться представить все части философии А. — а) диалектику и логику, Ь) этику, с) теологию, d) политику, е) педагогику - как подчиненные единому принципу радикального аскетизма, выдвигающего в качестве нормы природу (естественное). У Афинея под влиянием традиции представлять киников лающими и кусающимися «псами» воинственность и полемичность - основная характеристика Α.: ни одного государственного мужа А. не считал добродетельным, стратега - разумным, софиста - заслуживающим внимания, поэта - полезным, народ - толковым; и многих он оговорил: афинских народных лидеров («демагогов») - в «Политическом диалоге», Алкивиада -в «Кире», своего учителя Горгия - в «Архелае», сыновей Перикла -в «Аспасии» (Athen. V, 220bc). Высмеивал учение Платона об идеях, назвал свой диалог «Сатон» (Σάθων), издевательски переиначив имя оппонента (Athen. XI, 115, 29 Kaibel). Агрессивный негативизм А. позволил Цицерону заметить: «Он более остер, нежели образован» (Ad Att. XII 38b, 2).
а) В логике и диалектике А. перенес на традиционную область софистов сократовский принцип самоограничения. Если софисты учили говорить с любыми другими людьми, то по А. философия дает умение говорить с самим собой (D. L. VI 6); если парадоксы софистов были построены на подмене понятий, то парадоксы А. строятся на логическом ригоризме. А. считал, что каждый предмет может быть назван только своим собственным логосом, которое не содержит в себе обобщения: «об одном может быть высказано только одно, а именно единственно лишь его собственное наименование» (Arist. Met. 1024b32 sq.). Согласно Диогену Лаэртию, А. первым дал определение логосу: «логос есть то, что поясняет, чем нечто бывает или есть» (ὁ τὸ τί ἦ ἤ δηλῶν, D. L. V 3). Не нарушая закона тождества, по Α., нельзя ни приписать субъекту отличный от него предикат, ни определить одно через другое, а следовательно, невозможно ни противоречие, ни ложное высказывание; высказывание может быть только тавтологичным. Это положение покоится на отрицании содержательности родовых и видовых понятий, через которые что-либо определяется, и направлено против учения об идеях. В «Сатоне» А. отрицал онтологическую содержательность общих понятий, говоря, что видит только человека, лошадь или стол, но не видит «лошадности», «человечности», «стольности». Критику этих взглядов А. и «антисфеников» см. у Платона, Euthyd. 285e, Theaet. 175cd, Soph. 251b, и Аристотеля, Met. 1043Ь23, 1024Ь32. В частности, в «Софисте» Платон, видимо, имеет в виду А. под «недоучившимся стариком», которому «доставляет удовольствие не допускать, чтобы человек назывался добрым, но говорить, что добро - добро, а человек - лишь человек» (Soph. 252bc, ср. 259de).
b) Основа этики А. - самодостаточность (автаркия), понятая не как обеспеченность всеми благами, а как самоограничение: ни в чем не нуждаться и не иметь ничего лишнего. Унаследовав этический интеллектуализм Сократа, А. считал, что добродетели можно научить и что счастье возможно только от добродетели, что конечная цель - жизнь по добродетели, что благородство состоит не в знатности, а в добродетели, богатство не в имуществе, а в добродетели, которой можно делиться не беднея. Славе и престижу А. противопоставлял свободу частного человека распоряжаться собою; он называл труд благом, наслаждению предпочитал помешательство, роскоши желал врагам. Благодаря самоограничению человек, по Α., достигает той же самодостаточности, какой божество обладает благодаря переизбытку в благе. Идеал киника - бездомного, нищего, героически переносящего труды и тяготы мудреца, равного богу в своей независимости, А. описал в «Геракле»: Бог-покровитель Киносарга и герой простонародья, царь-бедняк и человек, ставший богом, Геракл сделался мифологическим образцом для последующих киников. Созданный А. образ мудреца перешел к стоикам (D. L. VI 10), а внешний облик и «костюм» - короткий двойной плащ на голое тело (трибон), длинная борода, посох странника, сума нищего - к киникам (VI 13, по другим источникам, автор этого облика - Диоген). Этическое учение А. в виде речей самого А. представлено у Ксенофонта (особенно в пространной речи в Symp. 4, 34-44), в виде отдельных изречений и афоризмов - у Диогена Лаэртия.
c) Применительно к религии принцип «всего как можно меньше» приводит к отрицанию традиционного многобожия: «народных богов много, а природный один» (Cic. Nat. D. I 32); монизм А. носил, вероятно, пантеистический характер: по Дюммлеру, пантеизм и благочестивый трепет перед целесообразностью божественно разумной природы, приписанный Ксенофонтом Сократу (Mem. I 4 ел.; IV 3 ел.), в действительности характеризует религиозные воззрения А. Во всяком случае религиозные взгляды А. были ближе Сократу, чем киникам.
d) В сфере политики А. отрицал государство, законы, политическую деятельность и социальные условности (к числу последних он относил равенство людей, противоречащее, по его мнению, природе). Образцы достойной человека жизни А. предлагал заимствовать у животных («О природе животных»), ср. критику «государства свиней» у Платона (Resp. 372d, ср. также Theaet. 161с: свиньи и кинокефалы («собакоголовые) как мера всех вещей).
e) Ограничение образования самым необходимым - основа педагогических воззрений А. Главное - учиться добродетели, достигшему воздержности (σώφρων) не нужна грамотность (D. L. VI 103-104), которая только развращает и сбивает с пути. Вместе с тем выученик софистов, А. не отличался аскетизмом слога и «был искусный оратор и сладостью своей речи мог приворожить кого угодно» (Ibid. 14), его сочинения включались в канон аттических писателей (Phot. Cod. 158, p. 101b917 Bekker).
Литературное наследие А. имело долгую жизнь: А. читал Цицерон, Дион Хрисостом использовал диалог «Архелай» в «Царской речи», «Геракла» читали неоплатоники Фемистий, имп. Юлиан и Прокл. А. был создателем популярного впоследствии жанра «протрептика» (поощрения к занятиям философией).
Фрагм.: GiANNANTONi, SSR, II, р. 137-225 (cap. V A. Antisthenes Atheniensis); IV, p. 195-411; Antisthenis fragmenta. Coll. F. D. Caizzi. Mil., 1966; Goulet-Cazé M.-O. (éd.). L'Ajax et l'Ulysse d'Antisthène, éd., trad, et comm, - Chercheurs de sagesse. Hommage à Jean Pépin. P., 1992, p. 5-36; Brancacci A. Antisthène: le discours propre. Préf. de l'auteur à la trad, française. P., 2005; Антология кинизма. Изд. подг. И. M. Нахов. M., 19962, с. 83-114.
Лит.: Fritz К. von. Zur antisthenischen Erkenntnistheorie und Logik, - Hermes 62, 1927, S. 453^84; Döring K. Antisthenes: Sophist oder Socratiker? - SicGymn 38, 1985, p. 229-242; Rankin H. Antisthenes Socratikos. Amst, 1986; Brancacci А. Oikeios Logos. La filoso-fia del linguaggio di Antistene, 1990; Danek Z. De somnio Socratis: Plato, Theaetet, 201 d8-202c5, - Eos 80, 1992, p. 221-232; Giannantoni G. Antistene fondatore della scuola cini-ca? - Goulet-Cazé M.-O., Goulet R. (edd.). Le cynisme ancient et ses prolongements: Actes du colloque international du CNRS (Paris, 22-25 juillet 1991). P., 1993, p. 15-34; Brancacci A. Erotique et théorie du plaisir chez Antisthène, - Ibid., p. 35-55; Billot M.-F. Antisthène et le Cynosarges dans l'Athènes des Ve et IVe siècles, - Ibid., p. 69-116; Prince S. H. Antisthenes on language, thought and culture, [s. п.], 1997; Eucken Ch. Der schwache und der starke Logos des Antisthenes, - Hyperboreus 1997, 3. 2, p. 251-273; Kalouche F. Antisthenes' ethics and theory of language, - RPhA 17 (1), 1999, p. 11-41; Navia L. Ε. Antisthenes of Athens: setting the world aright. Westport (Conn.), 2001; Cordero N.-L. L'interprétation antisthénienne de la notion platonicienne de forme («eidos, idea»), - La philosophie de Platon. 1, sous la dir. de M. Fattal. P., 2001, p. 323-344; Campos Daroca J. Antistenes de Atenas: primer «comen-tarista» de Sofocles? - Sofocles el hombre, Sofocles el poeta: actas del congreso intern. Ed. A. P. Jiménez et al. Malaga, 2004, p. 233-243; Нахов И. M. Киническая литература. M., 1981 (библ.). См. также лит. к ст. Киники.
Н. В. БРАГИНСКАЯ
Античная философия: Энциклопедический словарь. — М.: Прогресс-Традиция 2008